Your eyes are blue

Здравствуй…
Если ты читаешь это, значит… Значит
переживёшь всё вместе со мной… Всё
началось с обычного ничего не значащего
приёма для меня и очень важного для него.
День не отличался от других ничем. Просто
ещё один летний день. Кроваво-красный
закат. Уставшее солнце лениво
закатывалось за горизонт. Сумерки
мягкой лапой хищного животного
окутывали город. День выдался хорошим,
но не запоминающимся, однако вечер яркой
трещиной въелся в моё сознание. Трещиной
в хорошо отпалированых отношениях.
Трещина, положившая начало
чему-то…Чему-то более значимому чем эти
отношения, чему-то более глубокому…
Чему-то тому, определения которого я не
знаю…А может и знаю, но боюсь
произносить, чтобы не спугнуть
воспоминание об этом.

Упираюсь ладонями в гладкую поверхность
кафельной плитки. Лоб ощущает прохладу
зеркала. Сводит челюсть. Боль огненными
шарами медленно перекатывается сначала
в затылке, затем вязкой раскалённой
магмой растекается в височных долях.
Стиснув зубы, я сперва стараюсь просто
успокоиться и снизить ощущение боли. Не
получается. Впрочем, как всегда. Одной
рукой достаю из кармана четыре
разноцветные таблетки, завёрнутые в
белый лист бумаги. Сунув их все в рот и
раскусив на несколько мелких кусочков, я
глотаю, не запивая водой. Пальцы ногтями
царапают кафель. Они так напряженны, что
ещё чуть-чуть и кожа на них может
треснуть. Веки сомкнуты до искр в глазах.
Я медленно считаю до десяти. Боль вроде
отпускает. Не спеша, но отступает... По
стенке спиной опускаюсь на пол,
судорожно делая рваные вдохи. Волосы на
висках и на лбу прилипли к коже мокрыми
прядями. Запрокидываю голову и впиваюсь
слезящимися глазами в белый до
противности потолок. Ни трещинки, ни
царапинки. Свет режет глаза. Хочется
прикрыть веки, но я упрямо смотрю на
свет, причиняющий боль. Боль, которая
немного оттеняет общую. Чувствую, что к
подбородку стекает что-то тёплое.
Провожу тыльной стороной ладони по лицу.
Кровь… Глубокий вдох. От боли в голове
остался лишь еле слышный гул и громкий
стук сердца. Поднимаюсь с пола, оставляя
на его поверхности разводы крови.
Включаю холодную воду и наблюдаю за тем,
как подкрашенная моей кровью она
стекает в стог. Несколько раз
ополаскиваю лицо. Кровь свернулась.
Сколько я уже сижу на таблетках? Год?
Чуть больше… Приступы всё чаще.
Таблетки лишь притупляют боль на
некоторое время. Ещё чувствую боль – ещё
живу. Хорошо…Бумажным полотенцем
вытираю лицо и испачканный кровью пол.
Только хлопает крышка мусорного ведра,
как за спиной раздаётся встревоженный
голос Криса.
- Что-то случилось? Ты так долго.
Я поворачиваюсь и натягиваю на лицо
улыбку.
- Нет, живот прихватило. Уже всё хорошо. –
подхожу к нему. Он не знает, а я не скажу.
Ни к чему…
Он обнимает меня, словно хочет
удостовериться, что со мной
действительно всё в порядке. Тёплые губы
касаются моей щеки и горячий шепот в ухо:
- Ты точно в порядке? Я за тебя ужасно
волнуюсь…- его рука проделывает путь от
моего бедра к плечу.
- В порядке, в порядке. Что со мной
случится? – я усмехаюсь и отстраняюсь. –
Пойдём. Ты уже поговорил с нужными
людьми?
Выражение лица Криса становится
серьезнее, и только уголки глаз выдают
его нежность по отношению ко мне. За то
недолгое (или долгое?) время, что мы
вместе я изучил почти каждый его жест. На
людях он сдержан, но под его маской
скрывается очень эмоциональный и
временами несдержанный человек. Но не
со мной… Он настолько любит меня, что
мне порой становится его жаль ибо я не
испытываю таких чувств по отношению к
нему. Я говорил ему это, но он лишь
прошептал мне в ухо, что его любви хватит
на двоих. Иногда мне очень тяжело от его и
его заботы. От его любви… Её слишком
много. Глупо звучит: слишком много
любви… Но это действительно так… Она
обременяет меня и обязывает. Опять глупо
звучит, но чёрт возьми это так…Иногда
мне хочется разорвать наши отношения.
Уйти. Но он не отпускает. Вернее я знаю,
что не отпустит. Хотя я просто не
пробовал. Не было веских причин… Я живу
мгновениями настоящего. Особенно
сейчас. Только иногда, когда в голове
накапливается слишком много
воспоминаний я обдумываю случившееся…
Вот как сейчас. Я опять устал. Крис, тебя
слишком много для меня. Слишком много.
- Почти. Ещё немного и поедем. – он
приобнимает меня за плечи и целует в
верхнюю губу. – Я по тебе ужасно
соскучился…
Хм… Ты только днём меня капитально
оттрахал…
Мы выходим из туалета и направляемся
направо, вглубь зала.
- Ты налей себе чего-нибудь, а я пока ещё
немного побеседую. Только не теряйся. –
и проведя рукой по моему затылку, он
удаляется.
Я смотрю ему вслед из-под чёлки. Есть,
сэр. Конечно – конечно. Не волнуйтесь.
Пойду запакуюсь в праздничную обёртку
для вас. Тряхнув головой, я направляюсь к
столику со спиртным. Тихая приятная
музыка, много разодетых женщин и мужчин.
Не понимаю, чего им дома не сидится…
Неужели куда приятнее торчать на
подобных приёмах с натянутыми
улыбочками и радужными масками на лицах.
Не смешите меня. Да у половины сейчас
скулы сведёт от такой наигранности.
Схватив стакан с виски, я поднёс его к
губам и замер в нерешительности.
Таблетки, чёрт их возьми! Но от одного
ведь стакана ничего не будет. Или будет?
Хотя куда уже хуже!? И решительно сделал
глоток. Обжигающая жидкость потекла по
горлу и вязкой патокой перекочевала в
пустой желудок. Облизав губы, я
повернулся к народу лицом. Похоже, у меня
развивается клаустрофобия. Глаза искали
Криса, а пальцы в нетерпении теребили
стакан. Скоро? Ещё немного и я начну
переминаться с ноги на ногу. Трижды
поменяв позу, я решил прогуляться в
поисках балкона. Ведь он должен здесь
быть…Ведь должен? Искренне на это
надеясь, я начал своё движение среди
разодетых и надушенных людей как
крейсер Аврора. И, о эврика. Он
обнаружился почти сразу. Ветерок чуть
колыхал лёгкую шёлковую штору. Шмыгнув
на балкончик. Вернее балконище. Я
глубоко вдохнул и подошёл к витым
перилам. На балкончике был полумрак. По
периметру “разбросаны” столики и
стулья. Лишь только несколько тусклых
фонарей освещали балкон. Вроде
обеспеченный народ, а купить лампочки на
больше ватт не могут. Или это специально?
Романтика чтоль? Зря меня Крис берёт с
собой, я обязательно что-нибудь испорчу.
И потом на него будут косо смотреть из-за
меня. Внизу стояло много машин. Сновали
туда-сюда редкие прохожие. Мне зверски
хотелось на пляж. Мне казалось, что я
даже плеск волн слышу. А я вынужден
торчать здесь и терять драгоценные
минуты. Сигануть чтоли через балкон и по
тихому смыться? Крис разозлится, но
потом ведь всё равно отойдёт. Ага, и
опять капитально оттрахает до боли в
заднице. Удивляюсь, как я вообще хожу.
Навязчивое желание нарастало. А почему
бы нет? Невысоко. Перелезаю через
невысокие перила и осматриваюсь.
Столько выступов, что хоть каждый день
лазь тут. Удобно… Развернувшись спиной
к улице, я зажмурился на мгновение. Не
каждый день с балконов лажу ведь.
- Я, конечно, здесь первый раз, но если я
не ошибаюсь, дверь в этом зале тоже
имеется… - раздался голос над моим левым
ухом.
- А? – и я от неожиданности выпустил
перила из рук.
Прохлада железки больше не ощущалась в
моих руках. Неловко взмахнув руками, я
начал своё приближение к матушке-земле.
Уже было хотел вспомнить всю свою жизнь
и промотать как кадры фильма перед
глазами, но задница уже приземлилась в
кусты. Ну и я вместе с ней.
- А! – чуть слышно вскрикнул я.
Больно.
- Ты как? – раздался теперь голос над головой.
Я посмотрел на незнакомца. Ещё один дядя
в костюме.