Имаго
– А это что такое? – недоуменно спросил я. «Что такое» было совершенно нагим и бледным. Четыре браслета из тускловатого металла, на запястьях и лодыжках, такой же пояс, ошейник.
– А это, капитан, игрушка, – ответил кто-то. Все довольно заржали. Понимать надо было так, что они это трахают. Я подошел поближе. У «игрушки» были очень странные глаза – большие, с голубыми белками. В сиреневатых бельмах крошечная точка зрачка. Слепое. Узкие губы, крошечный рот, кажется, без зубов. Чем бы оно ни было, оно не было зрячим. Кто-то удачно создал этому существу импровизированную клетку из двух спинок ортопедических кроватей. И от браслетов, и от пояса, кажется, шли растяжки. А еще половых органов у существа на первый взгляд не наблюдалось. По меньшей мере наружных.
– И куда вы его? – с презрительным интересом спросил я. Урод какой-то. Хотя в некоторой специфической эстетике этому чуду природы не отказать. У нас всегда так. Когда мы в рейде, мы больше всего на свете хотим выпить, а когда мы отбазировались, мы выпиваем и больше всего хотим трахаться. Трахать местных нам не велит, условно говоря, устав, по крайней мере первые несколько дней, а женщин у нас в подразделении нет. Да и к потрахушкам наши дамы относятся... Обычно не относятся, короче.
– Капитан, ты не врубаешься! – сказал Край. – Смотри фокус! – он легко поднял игрушку и насадил на выступающий с одной стороны одной из спинок штырь для какого-то крепежа. Существо не изменилось в лице, хотя я не представляю, как из такой позы вообще можно удержать равновесие. Только волна мышечного усилия прокатилась по животу. Край заплел ноги этого чуда природы в замысловатый бублик, и оно так сидело.
– Н-да, – сказал я.
Наверное, урод какой-то. Еще это смахивает на некую форму то ли комы, то ли кататонии. Надо полагать, оно и не разговаривает. Интересно, осознают мои орлы, что развлекаются с ребенком, или нет? То, что оно в бедрах шириной примерно с мою руку, значения не имело, мы тоже не самые простые люди. Но ростом оно было примерно с 10-12-летнего ребенка местных.
– А чего? – ответили мне. – Не к госпоже же майору идти с предложением перепихнуться? – все заржали. Что скажет госпожа майор на такое предложение, было в принципе понятно.
– И не к девочкам из поддержки? – все покивали головами. К девочкам из поддержки и в самом деле идти жутковато. Их четверо, они профессионалы и элита, я вообще сомневаюсь, что они трахаются с кем-то и когда-то. Они даже не пьют.
Планету уже занесли куда положено. Мне, как и полагалось, велели отбазироваться для принятия и мобилизовать местные ресурсы для постройки соответствующих сооружений. Госпожа майор благостно мне покивала и с двумя остатними группами покинула нас. В общем, мы радовались жизни, изображали из себя диктатуру, мобилизовывали местные ресурсы и обживались.
Кто бы знал, что группу снимут с планеты, а меня оставят военным комендантом? Ни мне, ни ребятам это и в голову прийти не могло. А вот. Наверное, дело в возрасте. Или в том, что в последнее время мир виделся мне тускло-серым, и господа из пси-поддержки были в курсе. Ребята позвали меня на прощальную пьянку. Все шло весело, обещали не забывать, ну и так далее. Я делал вид, что, соответственно, в их обещаниях не сомневаюсь, хотя больше всего хотелось хватануть чем-нибудь об пол или застрелиться из жалости.
Чудо природы опять попалось мне на глаза, и я поинтересовался, чем это кормят. Ребята опять заржали, что следовало переводить как насыщенными белком жидкостями, и прибавили, дескать, глюкозой с витаминами. Я так понял, что при них оно не гадило ни разу. Забавная, надо сказать, штука.
Допились мы до того, что я это тоже трахнул. Удовлетворил, так сказать, физиологическую потребность. Кстати говоря, ощущения – пробивавшиеся сквозь пьянь – были феерические. Прорываешься, значит, сквозь почти сплошное мышечное кольцо, и эти же мышцы потом еще обжимают и прокатывают твой член. В общем, так только узкоглазые элитные шлюхи умеют, из тех, которые пёздами курят. А здесь явно органика и бесплатно.
Потом я об этом как-то забыл. Ребята отбыли, прислали, соответственно, уже космодромную обслугу и гарнизон СБшников в качестве полицейских сил.. И какой я на хрен, спрашивается, военный комендант, если ни те, ни другие мне в принципе не обязаны подчиняться? СБшники что с головой, что без головы себе на уме, а технарям все, кроме прямых обязанностей, до лампочки. А сверху, значит, сижу я, одной жопой на двух чужих стульях, и делаю вид, что всем этим рулю. Организационный эксперимент, называется. В отставку, что ли, подать?
Но к этому времени у меня уже была своя квартира, свой повар, прислуга и приходящая шлюха из местных. И леность душевная, она же скука, в смысле приложения усилий. Пусть даже и к отставке.
