Муть

© Тануки

На кухне, получив белый порошок, он замер над ним. Дальше - если судить по устной инструкции - все было просто. Но жопой он очень хорошо чувствовал, что не вполне. Потому что вроде бы и пропорции ясны, и температура дана, но - в первый раз - для дорогих гостей? Ох как себя жалко! И здоровья своего жалко. Короче, ну в упор не верилось в собственные силы.
- Мужик, а мужик!
- Ну тебе-то что? - нервы у него реально были на пределе, а тут еще эта писюха малолетняя. Подарочек, блин! Он набрал в шприц чуть больше кубика темной жидкости и отправился в комнату. - Ну?
- А не умеешь - не берись! - Радостно сообщила писюха, звеня цепочкой, которая с одной стороны замыкалась на ее тощей лодыжке, а с другой - на батарее. - И вообще я отлить хочу!
- А можно подумать, ты умеешь? - он посмотрел на писюху недоуменно. Та сидела на диване, капризно поджав и ноги, и губы, и особого желания скандалить не выказывала. Как и желания звонить родителям или в милицию.
- Ты мой бэг не выкинул еще?
- Че?
- Хуй через плечо! - слишком она для малолетки... активная, что ли? - сумку мою! Мужик, не тормози, а то вИнта ты точно не сваришь!
- Не выкинул.
- Так тащи сюда.
Малолетняя шлюшка против взрослого мужика? Да бояться вроде как нечего... Он притащил ее с вокзала по совету Ашота, которому хотелось оторваться по полной и который не хотел почему-то иметь дело с профессионалками. А на девицу точно указали пара знакомых на Мосбане - дескать, и пьет, и ворует, и миньетиком в сортире не гнушается - а главное, у нее точно никого нет. Да и выглядит - очень даже ничего. Хипушка, блин, лапушка. А вот сумка у нее увесистая. Он швырнул сумку на диван. Глаза девицы тут же загорелись, и из рюкзака она потянула плотно упакованную сумочку. Открыла.
- Вот. Держи.
Химик протер глаза. В руке девица держала фурик, наполовину полный прозрачной жидкости с чуть желтоватым оттенком.
- Прибери челюсть, мужик! И пусти меня в сортир! Ну варщик, варщик я... Как и ты, вроде. Если хочешь, унеси шмотник - не скипну.
- Раздевайся.
- На фига?
- Мне спокойней будет.
Химик привык общаться с такими вот девочками - здесь уже давно ценилось общение без фени.
- Отцепи - разденусь.
Она еще и торгуется. Вот ведь!..
- Руку давай.
- А? - писюха увидела шприц, и глаза у нее загорелись. Всю аж передернуло. Она обняла себя руками, скрипнула зубами. - Погодь, не гони. Тебе ж вИнта сварить надо? Так? Так хрен мы с тобой сварим, если я под дозой буду. Или моего хватит? Сколько надо-то?
Химику надоело ронять челюсть. Он забрал у чуда рюкзак, отщелкнул наручник.
- Раздевайся. Все равно здесь тепло.
Свитер. Свитер. Еще водолазка. Джинсики-клеш. Рейтузы. Бляяя! Это пацан! Челюсть заклинило. В голове прояснилось. Ну и хам! Бля! Хотя... Хотя способы есть... И Ашоту понравится. Химик унес все вещи «гостя» и приволок тапочки. Пацан с интересом осматривался. Лет ему на вид было... Явно меньше 16. И в тапочках его ноги просто тонули. Мальчики тоже гостили у Химика. Случалось. Но решать будет Ашот. А наглое явление природы уже шлепало на кухню. Увидело количество, присвистнуло... Взялось за свою лабу.
Мальчик действительно был варщик от бога. Не прошло и сорока минут, как заказанное количество стояло на подоконнике. А вот как бы ему сказать... А, хрен с ним! Само устаканится. До явления гостей дорогих оставалось чуть больше часа.
- Надо попробовать, типа, - сообщил парень, перебирая раствор. Цвет был фирменный.
- Пойдем в ванную, - сказал Химик.
Пацана явно потряхивало с кумаров. Но в ванной он обалдел - до него, похоже, в полноте дошло, что эта квартира не так давно была питерской коммуналкой, и что он видел только условно "свою" комнату и кухню, а в остальные и не заглядывал даже. И что-то мелькнуло в его глазах - в глазах оборвыша с Московского вокзала. Он еще раз встряхнул головой и выдал:
- Слушай! Давай ты все здесь оставишь, а я сам... А то я помыться хочу... А тебя стесняюсь...
- А вида, в котором ты был, не стесняешься? - спросил Химик. - А качели хочешь? Хрен с тобой, мойся, я позже зайду.
До появления дорогих гостей осталось не так много времени. У Химика уже давно стоял слабо и редко - он предпочитал смотреть. И Ашот этим пользовался. Нагло и по-хозяйски. Пока парень мылся, Химик перебрал винт и расфасовал по шприцам - машины он помнил в лицо. Осталось выяснить, едят это или нет. По всем приметам выходил, что винт - качественный. Но закон есть закон. А по закону варщик пробует первым. Так что Химик побрел в ванную. Вымывшись, парнишка стал выглядеть еще мельче. Сейчас ему на вид было лет 13... Что, впрочем, мало кого волновало.
- Ну что, покачаешься?
- То есть?
- То есть одновременно.
- Вау! - сказал парень.
- Ты себе в вену попадешь?
- Ну!
Потом осталось только вынуть его из ванной. Химик пожалел, что слишком поздно сообразил. И еще порадовался, что в квартире топят. Мальчика качало из кайфа в кайф - и, судя по всему, никакая посторонняя подготовка ему не требовалась. Парень уже был готов - ко всему. Едва Химик пристроил пацана, в дверь позвонили. Дорогие гости прибыли.
Гости заценили раствор. На самом деле дорогих гостей к Химику ходило всего трое - Ашот, Рустам и Захид. Зато гости были и в самом деле дорогие. И весьма. ПолПитера держали Ашот с товарищами. И это трубой повыше, чем известная всем Садовая-Сенная и улица Дыбенко. Вторая половина делилась на много частей. Но это уже значения не имело - здравствуйте, гости дорогие.
Гости дорогие втрескались и заценили, а потом, некоторое время спустя - захотели развлечься. Когда открылась дверь, Химик не уронил челюсть в последний за вечер раз. Найденыш лежал на тахте и дрочил - задумчиво и отстранено. Член у него был еще не взрослый, но зато вполне себе стоящий. А вот пластика - недетская. Захид поймал Рустама за плечо. А Химику стало любопытно.
Распахнулись темные блестящие глаза от прикосновения, на миг вспыхнули испугом, и - все. То ли мальчик принял правила игры. То ли было здесь лучше, чем на Мосбане. А Химику было интересно, он взял стул и присел в дверях. И Захид, и Рустам страшно увлеклись новой игрушкой, они гладили ее и разглядывали. Ашот просто смотрел. Нет, не просто - давал короткие тихие реплики на своем языке. Четыре волосатые лапы на мальчишечьем теле... Смотрелось диковато. Игрушка была покорной и пластичной. Мальчик прогибался, кажется, именно так, как его хотели прогнуть. Ашот что-то сказал, и Рустам сорвался с места. А Захид начал раздеваться. Ему тоже что-то сказали, и он отошел.
- А тэпэрь сам сэбя, - Ашот обратился к мальчику. Тот мотнул головой. Непонятно - отказываясь или еще почему. Тогда Захид подошел, взял мальчишечью ладонь и положил правильно. Развел костлявые коленки и - одним своим пальцем накрыв два пальца пацана - ввел их внутрь. Глаза опять распахнулись. Мальчишка сжался. Тут произошло то, чего Химик, похоже, и ждал. Требовательный взгляд Ашота устремился на него. Химик умел понимать взгляды. Химик пошел за баяном. Когда же вернулся, ситуация кардинально изменилась. Честно говоря, на какой-то момент даже ему стало дико.
Имел мальчика Захид - посадив на себя, заломив назад тонкие руки, властно, требовательно и очень медленно. Ашот сидел и дрочил. Рустаму в этой радости, кажется, было отказано. Ашот снова тихо что-то сказал, и Захид начал медленно наклонять мальчика к его хую, все сильнее выламывая руки. Тот - похоже - пассивно сопротивлялся, и тогда Захид сильно поднял ему руки, толкнул в спину и одновременно прибавил и темп, и амплитуду. На тощем животе пацана время от времени прорисовывался изнутри твердый предмет. Едва ли не под ребрами. Видно было недолго - его нагнули совсем вперед, и Ашот начал ебать его рот. Коротко сказав что-то Рустаму.
Время у торчков разное - особенно личное. Поэтому бы ни в жизнь Химик не сказал, сколько это продолжалось до момента, как Захид кончил. И тогда Рустам расстегнул ширинку. Химику стало немного дико снова. Он вечно забывал об этом - с виду-то мужик как мужик, сам Химик гораздо выше, но - как сказать-то... Короче, удрал Химик в тот момент, когда Рустам встал, а Захид поднял мальчишку за ягодицы. Странный звук - между писком и воем - застал его уже за дверью. Закрытой. Баян он положил где-то там, на полочке. Кто-нибудь справится без него.

Химик догнался черным и отрубился. Вернулся он в себя, когда гости уходили. Уходили гости, надо сказать, весьма довольные. Рашид похлопал Химика по плечу. А Захид чуть постоял на пороге и сказал:
- Малшика оставь. Хароший.
Ох ты ж бля! Конец дня тут же с ужасающей четкостью всплыл у Химика в голове. Как и исторический факт, который у него не хватило бы смелости сообщить - что винт варил мальчик. Но - раз малшик остается...

Он был в полузабытьи. Он был в полузабытьи, кожа до зеленого прозрачная - и он улыбался. Кто-то заботливо укрыл его двумя ватными одеялами (одно было личное Химика) и пледом. Кто-то, похоже, мыл его ночью в ванной - в ванной было мокро. Или не только мыл? Бля, какие ломкие запястья... И как он еще живой? Химик запер дверь и пошел за бытхимией.

Это ощутилось как выстрел. Был: убийственно холодный взгляд в спину. И, потом - серая шкура косухи - сворачивающая за угол. Холодный взгляд снайпера. Химик передернулся. Угораздило их и в Питере оказаться в одном районе! Хотя... вдруг примерещилось? Но. Не мерещатся такие глаза.

Дома все было тихо. Химик заморочился. Винта еще осталось до чьей-то бабушки, и вовсе не весь он был сильно нужон. Кроме того, данное ему вчера следовало обработать и раздать по инстанции.