Так и не сказанное слово

(десять листков, почему-то не сгоревших)
© Тануки
1. Там хорошо. Уютно. Не надо дышать. Закрывать глаза. Следить за лицом. Думать.
Где это?
Боль. Черное Вневременье. Многомерный Хаос. Дом...
Редко. Как редко... ты не отпустишь меня - туда. Ты так боишься боли.
Мне не нужен дом без тебя.
Сердце бьется...
2. Есть слова. Их - слишком для меня. Ты говорить умеешь. Иногда я думаю, что в словах - твой дом.
Но в них - твоя боль. Давай разделим молчание.
Твои боги - действие и я. Ты не можешь стать ни им, ни мной, и поэтому возвел нас на пьедестал. Но - увы тебе! - я не помещаюсь в идола, и черный гранит дает трещину. Сам не замечая того, ты уже действуешь.
3. День неотличим от других. Три часа сна. Нелепый сон в безумном мире. Я надеюсь, ты не увидишь этих записок.
Смерть - странное слово. Оно встречает меня на перекрестке огней (душа твоя - пламя), и я как будто начинаю понимать... Может быть, ты понял бы тоже. Но между нами и смертью пока что стоят - моя воля и твоя отчаянность. Пока...
4. Раз за разом к тебе возвращаются мои мысли. Найденыш? Чужой здесь? Пламенная страсть моей неутоленной печали?
Чушь! Ты - это ты, а у имени нет названия, и что-либо, созвучное ему, превращается в дешевую шутку. Или в определение.
Так, кто-то назвал меня “братом смерти”. Полагаю, что Смерть, которая на три вдоха старше меня, смеялась. Но если она согласилась?
5. Мы черпаем беды горстью и пьем до дна. Первый глоток сделан (а в горсти их, кем бы ты не был, обычно три).
Жаль. Смеешься? О, как ты умеешь смеяться! Верь - не верь, но его мне действительно жаль.
Каждый из нас неповторим. Опасаюсь лишнего пафоса в слове “личность”. Как по-детски ты горд, зачерпнув горсть своей (значит, и моей) беды. Мальчишка...
6. Оставь меня, сказал я? Прости, милый, я ошибся. Но прежде ошибся ты. Тропинка выбрана. Будущее караулит за поворотом. Я, кажется, знаю его в лицо.
Мы обречены. Прости, сказал я? Ты не услышал. Ненужное, больное, чужое здесь чувство все равно не назовешь ошибкой. Ты не увидишь моей слабости не потому, что я ее скрываю, а потому, что тебе ее не постичь.
Я не ведал страха...
7. Понял? Неужели - ты понял? Твой вопрос прозвучал так наивно... Как выверенный удар меча. Да. Что еще ответить? Ты прав.
Ты перестал бояться - к добру или к худу? Мы разделили твой страх надвое, и он уснул, не успев захлестнуть меня волной - как океан во время отлива. Теперь - не спеши, и, может быть, нам повезет.
Раньше ты просил. Совета ли, помощи. Сегодня ты ничего не сказал. Вот теперь ты просишь слишком многого.
8. Мальчик мой! Каков был на вкус второй глоток беды? Сладкий, чуть солоноватый, чуть приторный? Я узнал этот вкус в твоем поцелуе.
Горечь придет потом. Горечь вины, как вино, слишком долго ждавшее своего часа. Что ж! - вино, наверное, выпью я. Или мы вдвоем осушим чашу.
Почему никто из нас не писал стихов? Поздно. Уже нечего воспеть. Ты разве не чувствуешь запах дыма? Земля горит под ногами...
9. Что ж, делал все, что хотел. Теперь утешься - ты сделал все, что мог. Мы вдвоем должны это исправить. Время, лившееся раньше тонкой струйкой песка, режет уши ревом прорванной плотины. Подожди! У меня хватит силы на обоих!...
Таков ад. Ты ушел. Он вошел в меня. Теперь - где ты? - холод, и боль, и разорвавшееся перед глазами - все снова и снова - пламя. А я... Я не смог преступить через себя. Я пройду по твоим следам, Они засыпаны пеплом...
10. Дни и ночи - как сквозь марево. Пусты. Долг, воля... Я смеюсь в лицо зеркалам.
Где ты? (Нелепый вопрос, тебя нет...) Сестра моя, как мне найти его? Где искать?
Как странно... Это я смеюсь? Ты научил меня улыбаться...
Безумие? Но - не спасительное. Мне не нужна вечность без тебя. Даже миг...
Хватит!
Очищение?... станет предательством. Нет!