Средний город

© Анна Воронцова

- Как вы хотите, чтобы это было?
– Быстро.
– Какой способ вы предпочитаете? Пистолет, винтовку, нож, стальную проволоку?
– Мне все равно, я же сказал – главное быстро. Детали меня не волнуют. Детали – это ваша работа, не так ли?
– Что ж, все, что я могу вам гарантировать – быстрота, чистота и конфиденциальность.
– Это то, что мне нужно.
– Теперь поговорим о финансовой стороне дела…
Этот диалог мог показаться странным, если б не был таким обычным. Всего лишь толстый потливый делец, явно не честный налогоплательщик, нанимал киллера в обычном баре у дороги. В Среднем городе киллера нанять так же легко, как детскую няню на вечер.
Толстяк протянул через стол кейс такими же толстыми пальцами, как он сам. Дорогой костюм оплывал его необъятную фигуру, и от того он был еще более неуместен в грязной забегаловке. Мужчина напрасно беспокоился. Никто на него не смотрел, кроме молодого парня, сидевшего напротив. Местным забулдыгам и дела не было до хорошо одетого потеющего толстого мужчины и его собеседника, они зашли пропустить рюмочку-другую или хорошенько набраться, а разглядывание странных посетителей явно не входило в их планы.
Толстяк достал из нагрудного кармана платок и поспешно обтер лоб, он с волнением оглядывался и про себя торопил киллера, который нарочно медленно пересчитывал деньги.
– Там все, или ты мне не доверяешь? – нервно спросил он.
– Я никому не доверяю, – ответил парень, – никогда не помешает убедиться самому, верно? Все на месте, – он захлопнул кейс и улыбнулся.
От этой улыбки мужчине стало как-то нехорошо. Ему хотелось одного – поскорее свалить уже из этого противного места и от этого безжалостного наемного убийцы, который выглядел, как красивый молодой парень.
– Остальное получишь, когда… – мужчина запнулся.
Парень улыбнулся его неуверенности, мужчина нервничал все больше и больше.
– Когда закончу работу, – невозмутимо продолжил он.
Толстяк кивнул.
– Только что б без всяких проволочек, – он старался придать голосу внушительный тон.
– Я всегда работаю чисто, – последовал невозмутимый ответ.
------------------------------------
Рик включил счетчик, и машина сорвалась с места. Под дождем, заливавшим Средний город, он безошибочно угадывал знакомые ветки улиц. Пассажир устало прикрыл глаза на заднем сиденье. Он был не из тех, кто не прочь потрепаться с таксистом. Мужчина выглядел серьезным и деловым, а внушительная фигура только добавляла его облику представительности. Рик решил, что он банкир или владелец небольшой фирмы, его дорогой, но безвкусный костюм выдавал, что тот недавно получил возможность тратить деньги в свое удовольствие, но еще не знает, как это делать. За три года работы в городском такси Рик немало повидал людей и умел угадывать их истории или придумывать их самому, этим и развлекался в скучные и однообразные маршруты по Среднему городу. Если только пассажир не желал вдруг поболтать. Тогда Рик вежливо, но не особо оживленно вступал в беседу. Но сейчас он был только рад безмолвию. Оно было привычно и понятно Рику.
Толстое стекло, плотной стеной… такое прозрачное, что кажется, его нет… но оно прочное и непробиваемое, обманчиво хрупкое и гладкое – оно броня, оно плен…
Рику хотелось прижаться лицом к рулю и спрятаться от мыслей. Но он упрямо вел свое белое такси по указанному адресу, потому что это то, что он должен был делать. Пока он мог только это...
Усталость всегда накатывалась под утро. Она сковывала не только тело, но и мозг. Это не была усталость от тяжелой работы, хотя всю ночь крутить баранку не так просто, как кажется на первый взгляд, – это была усталость от отупения и однообразия, которые с каждым днем охватывали Рика… и стекло становилось толще… Думать не хотелось, так же как и двигаться, и если ночью его мозг работал, как мощный мотор, не переставая размышлять о смысле жизни, в чем бы он, мать его, не состоял, то под утро мотор перегорал, и устало шуршал в голове, задыхаясь от определенности и неизменности следующего дня. Рик повалился на диван, не было желания доползать до кровати. Ведь нужно тогда залезть в душ, переодеть белье, расстелить постель. Но руки, ноги и веки наливались свинцом от этих мыслей, и тело превращалось в тряпичную куклу, набитую ватой. В однокомнатной квартирке было темно – свет здесь почти не зажигался, и не от экономии электроэнергии, а от его ненадобности. Рик и без света ориентировался в своей квартирке – коридор, кухня, комната с диваном, кроватью, старинным комодом и телевизором на тумбочке, таким же старым, как комод. Телевизор включался еще реже, чем лампы. Иногда Рик залезал в ванну, смыв с себя усталость, появлялось желание перекусить чего-нибудь, посмотреть утренние новости. Но сегодня день был каким-то тягостным и выматывающим. Рик просто свалил свое неуправляемое тело на диван и заснул.
Он обычно просыпался после полудня. Пробуждение это порой было особенно мучительным и чем-то напоминало похмелье, потому что реальность терзала на части все той же своей холодной определенностью, оставляя от зыбких сновидений жалкие клочки и ошметки.
Рик достал из холодильника давно забытую банку пива. Как давно он ходил в магазин? Еще немного, и он перестанет помнить свое имя, с этим однообразием мозги размягчаются так, что уже не способны ни на что, и тело движется, как автомат, выполняя одни и те же изо дня в день заученные действия. Все надоело, сколько можно липнуть в этой паутине, задыхаться от пыли и смрада и тупеть от безразличия и одиночества. Пора что-то делать…
Пора разбить стекло…
Нельзя вот так и дальше жить. Ему только двадцать четыре, а Рику кажется, что он дряхлый старик, у которого нет будущего, только мучительное ожидание смерти или чуда. Проснись, Рик, приятель, хватит загибаться от тоски. Средний город – это яд. Он травит, травит, загоняет в плен бессилия, потому что воздух в нем такой особенный. Им не дышишь, его торопливо глотаешь, чтобы поменьше яду запустить в легкие. Но он отравляет все равно, мозг, сознание и подсознание, а главное – убивает способность мечтать. Вы видели мечтателей в Среднем городе, а? Там можно видеть, как убивают посреди улицы средь бела дня, продают наркотики на школьном дворе или малолетки отдаются кому ни попадя за бутылку для своих папаш-алкашей. Но вот мечтатели большая редкость. Их бы в музей, под стекло, и табличку написать – исчезающий вид. Рик это понимал. Он только с виду казался тупым шофером такси, но все понимал. Конечно, это все выдумки, будто Средний город – это настоящее логово мафии, зачем мафии глохнуть в этой дыре. Он просто знал характер этого места, как паук затянувшего жителей шелковыми сетями, и как ни барахтайся, запутываешься еще сильнее. Но если ты позволишь себе поверить в это, то не выпутаешься никогда. Рик старался не верить. Но он боялся.
Одному не выбраться, стекло слишком толстое, чтобы пробить его одному…