Обнаженная натура. 11-20 глава

© Анна Швеллер

11.

Весь день Чарльз чувствовал нервозность. Джеймс сегодня особенно пытливо разглядывал его с ног до головы.

“Он художник, я его модель, - уговаривал себя Чарльз, - он просто смотрит на модель, которую рисует…”

Но это не помогало. Лорда охватывала дрожь, когда внимательные глаза Джеймса медленно скользили по его телу. Что было в этом взгляде - профессиональный или личный интерес? Чарльз не мог понять. Казалось, в равной степени и то, и другое.

Джеймс приступил к работе над картиной. Он тщательно наносил угольком на холст набросок, заранее им утвержденный, соответствующий его представлениям о том, какой должна быть эта работа.

После недавнего откровенного разговора Чарльз во всех действиях и словах Джеймса улавливал какую-то двусмысленность.

“Может, я все это себе придумываю, - уговаривал он себя, - наверняка, все это мне кажется. Ну, с чего я взял, что он мною интересуется? А почему бы ему не делать этого?…” Все же Чарльз надеялся на профессионализм Джеймса, он знал, что настоящие художники не интересуются своими натурщиками, они делают свое дело, не вмешивая ничего личного.

Джеймс медленно, дразняще покусывал нижнюю губу, Чарльз надеялся, что это машинальный жест. Губы Джеймса были сухими, шершавыми, будто обветренными. “Я с ума схожу? – испуганно спрашивал себя Чарльз, - почему я смотрю на его губы?”

-Вы сегодня какой-то задумчивый, - сказал Джеймс, - что-то случилось, лорд Чарльз?

Чарльз вздрогнул, голос художника вырвал его из задумчивого оцепенения.

-Ничего не случилось, Джеймс, - заверил его лорд, - просто у меня такое настроение сегодня.

-И часто у вас такое настроение, как сегодня? - немного насмешливо поинтересовался Джеймс.

-Иногда, - равнодушно ответил Чарльз.

Джеймс пристально посмотрел на лорда, и от этого взгляда Чарльзу снова стало не по себе.

“Он как будто заглядывает мне в душу, - подумал Чарльз, - или раздевает донага", - от этой мысли холодок пробежал по спине.

-Вы устали позировать? – спросил Джеймс.

-Нет, мы ведь недавно начали.

-Я имею в виду, может, вам все это наскучило, может, вы потеряли интерес? – допытывался художник.

-Ну что вы, Джеймс, - возразил лорд, мне очень нравится позировать, и это меня по настоящему увлекает. Не берите в голову, просто у меня такое настроение, задумчивое, что ли, - попытался заверить его Чарльз, но голос прозвучал неубедительно.

-Вы будто снова стали остерегаться меня, держите дистанцию, - холодно заметил Джеймс.

-Вам показалось, - заверил лорд.

-Вы не боитесь меня?

- Конечно, нет, - улыбнулся Чарльз.

-И я вас не смущаю? - выпытывал художник.

-Ну, иногда вы затрагиваете очень интимные темы, это смущает меня. Я предпочел бы более нейтральные области.

-Интимные темы? – вскинул брови Джеймс, - разговоры о сексе для вас интимная тема?

-Ну, в общем да, - согласился лорд, - а разве нет?

-Эта тема давно стало публичной. Интимные – это разговоры о душе, о том, что принадлежит только вам, и никому больше. А кто с кем спит, обсуждают все, кому не лень.

-И все же я предпочел бы воздержаться от подобных разговоров, - деликатно произнес лорд.

-Вас шокирует моя откровенность? – спросил Джеймс.

-Да, и ваша небрежность в этом вопросе. Вы говорите о физической близости, как о чем-то обыденном, не заслуживающим внимания.

-Да так и есть! – воскликнул художник, - я уже настолько пресытился сексом, что в этой теме для меня нет ничего пикантного, волнующего. А вас волнует эта тема, лорд Чарльз?

-Я предпочел бы обсуждать это не с вами, Джеймс, - вежливо уклонился Чарльз.

-А чем я плох? – улыбнулся художник, - я могу считать себя знатоком в этом вопросе. Могу рассказать вам много интересного.

-Спасибо, не стоит, - вновь уклонился Чарльз.

Вновь разговор переходил в слишком интимную плоскость. Чарльз боялся обсуждать подобные вопросы с Джеймсом именно из-за опытности и развращенности юноши. Лорд не боялся, что Джеймс просмеет его, как несмышленого в любовных делах юнца, напротив, он боялся, что тот захочет более детально просветить Чарльза в этом вопросе. Только не Джеймс. Лорду не хотелось, чтобы такой неординарный и впечатляющий человек опускался до обсуждения столь низменных тем. Для таких разговоров у Чарльза было достаточно приятелей. От Джеймса он хотел слышать размышления на возвышенные темы и всячески пытался перевести разговор в сферу искусства, но художник ловко возвращал беседу в прежнее русло.

-Вы где-нибудь выставляли свои работы, Джеймс?

-В Париже, в небольших салонах. Там это очень модно.

-А в Лондоне?

-Здесь сложнее. Я ведь не состою при Королевской Академии Искусств. Я свободный художник. Мне нужен меценат, который бы устроил для меня выставку.

-Неужели никто этим не заинтересовался? - удивился Чарльз.

-Практически нет. Был один, - Джеймс поморщился, - устраивать выставки для молодого неизвестного художника довольно рискованно. А вдруг его работы не будут никому интересны, тогда не будет никакой прибыли.

-Не верю, что выставки устраивают ради прибыли, - заявил Чарльз.

-Вы действительно так наивны? – подивился Джеймс, - я думал так два года назад. Я верил, что мною интересуются ради моих работ, действительно хотят мне помочь. Но этих людей моя задница интересовала больше, чем картины.

Чарльз нахмурился.

-Неужели современное общество так безнравственно, что не осталось людей, которые бескорыстно хотят помочь развитию искусства?

-Конечно, такие люди есть. Только они помогают кому-то другому.

-Хотите сказать, вам не везет с покровителями?

-Смотря кого называть покровителем, - усмехнулся Джеймс.

Чарльз вновь почувствовал нервную дрожь. “Обязательно ему делать грязные намеки? Его это, похоже, забавляет”.

-А вы взялись бы за мою выставку? - с интересом спросил художник.

-Да, я бы хотел этим заняться, - посиял Чарльз, думая, “почему эта мысль не пришла мне в голову?”

-И что же вы попросите взамен? – пытливо спросил Джеймс, с каким-то явным намеком.

-Много хороших работ, - невозмутимо ответил Чарльз, попуская мимо ушей скрытую двусмысленность.

Джеймс улыбнулся

-Я был прав, вы оригинальный человек, - заметил художник.

-Просто я увлекаюсь искусством, и я в восторге от ваших работ. Так что же, вы действительно хотите, чтобы я занялся этой выставкой?

-Нет, Чарльз, - грустно сказал художник, - я просто так спросил.

-Вы не хотите выставку? – удивился лорд.

-Год назад это было единственное, о чем я мечтал, но сейчас понял, что еще не готов к этому.

-Но вы блестящий мастер, - пытался возразить лорд.

-Но еще не зрелый. Я чувствую, что работы мои еще сырые, им не хватает продуманности, законченности.

-Но они полны эмоций, они поражают воображение! – воскликнул Чарльз.

-Для меня этого недостаточно. Мне нужно еще многому учиться.

-Вам виднее, - печально согласился лорд, он уже загорелся идеей выставки, - а было бы замечательно такому молодому художнику, как вы получить признание.

-Я не гонюсь за известностью.

-Но разве вы не хотите поделиться своим творчеством с людьми?

-Хочу, конечно, хочу, согласился Джеймс, - я делаю это для людей, я многое хочу им сказать, но пока чувствую, что не готов.

Чарльз не стал возражать, в конце концов, художнику лучше знать, чего он хочет. Приятно, что Джеймс не гонится за популярностью и славой, но и не хочется, чтобы он на всю жизнь остался непризнанным гением.

-А вы бы хотели увидеть свой портрет на стене галереи? – с улыбкой спросил Джеймс.

-Вы бы выставили мой портрет, - удивленно спросил Чарльз.

-Конечно. Это будет очень впечатляющая работа.

-Вы видите, какой она будет, заранее? – изумился лорд.

-Нет, до конца я ее не вижу, могу лишь предполагать. Но работа во многом зависит от отношения к ней. Мне приятно писать эту картину, потому что мне приятны вы, Чарльз.

Джеймс загадочно улыбнулся. Чарльз незаметно вздохнул. Опять этот фамильярный тон, подтекст. “Чего он добивается?” – гадал Чарльз.

-Вы вновь стали серьезным, напряженным, - упрекнул его Джеймс, - расслабьтесь, подумайте о чем-нибудь приятном, - голос Джеймса стал тихим, вкрадчивым.

Чарльз попытался расслабиться и вообразить что-то приятное, но перед глазами стоял только Джеймс.

“Тьфу ты, черт, - выругался про себя лорд.

-Вы сегодня очень красивы, Чарльз, - заметил Джеймс

-Только сегодня? – почти с вызовом спросил лорд.

Джеймс рассмеялся.

-Нет, не только. Но когда вы задумчивы, благородство ваших черт особенно выразительно. Именно это мне и бросилось в глаза, когда я вас увидел впервые.

Чарльз вспомнил, как незнакомый юноша подсел к нему.

-Вы уже тогда решили рисовать меня? – спросил лорд.

-Может, да, - неопределенно развел руками художник. Кисти рук были перепачканы углем, но Джеймс не обращал на это никакого внимания, - а может, просто хотел с вами познакомится.

-Признаюсь, при первом знакомстве вы произвели на меня не лучшее впечатление, - признался Чарльз.

-Вот как? От чего же?

-Ваша самоуверенность и презрительное отношение к окружающим подействовали отталкивающе.

-А теперь? – Джеймс склонил голову набок, от чего его длинная светлая челка рассыпалась блестящими прядями. Чарльз невольно залюбовался игрой света в золотистых на солнце волосах.

-Теперь вы кажетесь мне более приятным, - улыбнулся лорд

Джеймс улыбнулся в ответ.