Без названия

Зачем я только согласился переехать к матери?
Ах, да, затем, чтобы не мешать отцу, женившемуся на молодой красивой модели. Не мешать развлекаться и отрываться на полную катушку, катаясь по всем городам США, сколько влезет, разъезжая по показам мод…
Они не намекали на то, что я им мешаю, но явно сожалели о том, что наличие такого фактора, как сын от первого брака, стоит на пути разгульной жизни молодоженов.
И я решил уехать к матери, полицейской – патрульной серого промозглого городка Броэл на севере штата Вашингтон.
В город, в котором я проводил каждое лето до четырнадцати лет, а потом взбунтовался и отказался ездить туда.
И вот, приехал по собственному желанию и, кажется, очень надолго.
Жалеть сейчас стало не о чем, ведь на первый план пришли проблемы характера более романтического.
Любовь штука страшная и жестокая.
Как оказалось, гулять по густому лесу на другой стороне пустынного днем и ночью шоссе не совсем бесполезно. И одиночество иногда может нарушить человек, которого, кажется, ждал всю жизнь, все долбанные семнадцать лет!
Я не видел ее здесь раньше никогда, на вид Джил было лет шестнадцать, но, как выяснилось, на год меньше в реальности.
Каштановые густые вьющиеся волосы, острый тонкий носик, темные веснушки и быстрые глаза такого странного орехового цвета делали ее похожей на лису. На бурую лису, самое то для туманного Броэла.
Как оказалось, школа в этом месте одна, общая для младшей, средней и старшей, и мы встречаемся часто, потому что в школе проводим времени больше, чем хотелось бы.
И, кажется, я тоже ей нравлюсь…
С моей-то бледной рожей, черными глазами и черными абсолютно прямыми, как бы ни хотелось, волосами? С прямой челкой, которую стричь просто лень, и она закрывает глаза, оставляя видными только нос и все, что ниже?
Нос у меня тоже дурацкий. Слишком длинный. Зато прямой!
Да, она и ее двинутые подруги считают меня «романтичным»…
Я не против…
- Вайт! – рявкнули с задней парты, отвлекая от размышлений о моей нелегкой судьбе в такое подходящее время, как урок алгебры.
Я даже не стал оборачиваться, чтобы не видеть эту противную рожу.
Хотя рожа-то была не противная, как бы мне ни хотелось ее таковой считать, все же, Реджинальд и Джилайла Майер были братом и сестрой. Очень похожими братом и сестрой. Над дурацкими именами я уже успел и посмеяться, и извиниться за это перед Джил, и огрести от Реджи…
Он меня ненавидит, и не знаю, за что, за то, что вроде как встречаюсь с его младшей сестрой? За то, что в первый же день своего пребывания в этой чертовой глуши чисто случайно налетел на него и сломал какую-то дурь на гитаре? Она сама сломалась, и вообще, это он на меня налетел, потому что опаздывал, как всегда!
- Кому говорят, Вайт! – шикнул Редж, и мне по затылку прилетел прицельно плюнутый комок жеваной бумаги. Эта тварь опять разбирает ручки и обдирает тетрадки…
Повернуться по привычке, выработавшейся за месяц, как рефлекс и опять, как обычно, увидеть абсолютно невинную рожу, глядящую в окно и чуть ли не насвистывающую.
Дурак.
Разобрать ручку, оторвать край тетрадного листка, взять в рот, разжевать, ощутив противный вкус и только приложив ко рту пустую пластиковую трубку, повернуться к нему…
- Мистер Вайт!! – взвыла миссис Парас, учительница алгебры. Сзади слева раздался торжествующий смех, подтверждающий, что это была провокация.
- Вы наказаны, после уроков останетесь в шестом кабинете…
Невменяемый гогот сзади подсказывал мне, что ближайшие десять лет своей жизни я проведу за решеткой.
- … Как и вы, мистер Майер!
Неужели?!
С какой ехидной, источающей любовь ко всему живому, и в частности к Реджи Майеру, улыбкой я повернулся к этому… Абсолютно спокойному лицу (!?) до жути похожему на лицо Джил.
Те же острые скулы, тонкий нос с едва вздернутым кончиком, хитрые глаза орехового цвета были будто скопированы, только у этого урода они были еще наглее.
Острый, чуть выдвинутый вперед подбородок, тонкие и проколотые брови, рот немного больше нормы с тонкими, но четкими губами.
Да уж, Реджи Майер был признанным секс-символом школы города Броэл…
Я и не отрицаю. Но так было до тех пор, пока не приехал я! И, не хвастаясь, скажу что я не хуже! Просто, не хамло, каких поискать…
Так чего он такой спокойный-то? Не замечал за ним раньше равнодушия к наказаниям.
Следующая его фраза, сказанная ровным тоном в адрес миссис Парас и откровенно издевающийся взгляд, обращенный ко мне, повергли меня в шок:
- Извините, миссис Парас! Но я не смогу присутствовать на дополнительных занятиях после уроков… Потому что, сами знаете, директор решил устроить наш концерт сразу после последнего урока в честь своего же дня рождения! – он так невинно пожал плечами, что можно было поверить, что этой сволочи действительно жаль.
На мою офигевшую рожу он отреагировал как обычно – торжествующей ухмылкой.
Обыграл. Опять.
Какая там у них группа?! Бред… Три прихлопа, два притопа… Кровь-любовь-морковь…
Но директору, даже директору (!) нравится слащавый голос этого… Солиста.
А уж как терпеть их конфетные песенки, от которых тащится все женское население Броэла до пятидесяти лет, если каждый день слышу этот въедливый голос часами? ЧАСАМИ!
Миссис Парас кивнула и снова отошла к доске. Мое наказание не отменяется и, кажется, его придется отсидеть честно.
Одному.
Я повернулся и одними губами сказал «УБЬЮ»…
Сверкнув глазами, он точно так же беззвучно, но очень выразительно и, зная, что я различу, продекламировал «НАДРАЛ!» и подтвердил жестом, который и впрямь, едва не сподвиг меня на убийство.
Осталось только показать язык, как обиженная малолетка, и заняться размышлениями на тему «Жизнь не удалась»…
В окно я прекрасно видел всю спортивную площадку сверху. Шестой кабинет, обычно используемый здесь для послеурочных занятий, оказался заперт, и пришлось сидеть в кабинете биологии. А на улице, за оградой сетки они уже расставляли инструменты, вот притащили стойку для микрофона. А вон и Джил, машет мне рукой…
Помахать в ответ и улыбнуться, предвкушая целый вечер вместе, потому что сегодня, насколько мне известно, миссис Майер собралась уехать в Сиэтл и переночевать там.
Где их отец, я даже понятия не имею. А что касается Реджи, он наверняка свалит куда-нибудь на ночь, не упустив такую-то шикарную возможность.
Все ученики, ВСЕ, кроме меня были уже на стадионе, на трибунах, собираясь насладиться часовым выступлением наших «талантов»… Детское Евровидение, елки-палки…
- «Bitter Treacle» играют сегодня для вас, только для вас, с любовью! – крикнул он в микрофон, а я подавил желание заткнуть уши.
А Джил прыгала, трясла волосами, смеялась и вообще получала удовольствие…
Да, конечно шепчет и стонет он эффектно, а закатывает глаза, играя соло на гитаре вообще…
Как он меня бесит. А ногти вообще только девушки красят…и эти блестящие шмотки… Мужской вариант проститутки, вот он кто.
Челку недавно отстриг, причем неровно и так, чтобы она закрывала глаза, открывая все остальное. Только для того, чтобы дразнить меня.
Правда, у меня эта самая челка нормального цвета, а не как дикий апельсин.
Разноцветность художественного беспорядка волос Майера старшего заслуживает отдельной темы, и эту тему я открывать не стану.
Интересно… Почему у него такое хитрое лицо?
- И недавно, совсем недавно, наверное, неделю назад мы написали новую песню… Вы первые услышите ее, школа Броэл! – выдал он и, отступив назад на пару шагов, уделил повышенное внимание гитаре.
Джил почему-то стала спокойной и даже обиженной, а я все еще не врубался в смысл происходящего, таращась на них из окна.
Из окна, к которому неожиданно и повернулся Редж, заставив тем самым повернуться и всех остальных.
Все удивленно уставились на меня, а я заподозрил, что здесь что-то не так…
- U always alright
It’s all a big show
It’s all about U

U think U know
When everyone need
U always take time
To criticize me

It seems like every day
I make mistakes
I just can’t get it right

It’s like a fuckin war
U love to hate
And now, today…

So… Shut up, shut up, shut up
Don’t wanna hear U!!!
Get out, get out, get out
Don’t touch my sister!!!
Step up, step up, step up
U’ll never stop me!!!
Nothing U say today
Is gonna bring me down…

There U go
I’ll never be quiet
It’s all a big lies
Whatever U do…

U think U special
But I know
And U know
And we know
That U NOT!
So… Shut up, shut up, shut up!!!
Дальше я слушать не стал, со злобой захлопнув окно и глядя уже, как толпа буквально бушует, едва ли не подпевая кретинской песне…
Заткнуться? Он не делает ошибок? Я ЕГО КРИТИКУЮ??!!!
Бред. Самовлюбленный параноик.
Значит, заткнуться, не пытаться заткнуть его, свалить и не лезть к его сестре?
Он сам подсказал, чего мне НЕ делать… И джинсы у него идиотские!!!
- Брук, ты прости его, он дурак... – Джил смотрела на меня, я это чувствовал каким-то шестым чувством… Но не поднимал голову, делая вид, что полностью увлечен ее домашним заданием по геометрии, которое сделал уже минут пять как, не сдержавшись. Невозможно смотреть, как она мучается над этими задачами…
- Да мне вообще все равно, Джилли. Пусть хоть у меня на парте напишет двести раз «ты придурок», мне как-то не горячо и не холодно будет.
- Правда? Он вообще придирчивый, всех моих поклонников отшил уже…
- А их много было? – с деланной ревностью уточнил я, все так же не глядя на нее.
- Меньше, чем пальцев на моей левой руке! – хихикнула она.
- А знаешь… Если бы и миллион их было, все равно я тебя люблю. – Сообщил я тихо. И чтобы как-то сгладить сообщение добавил, - И не поверишь! Я благодарен Реджу за то, что он планомерно отшивал всех твоих парней…
- Ты классный!! – взвизгнула она и, повиснув у меня на шее, опрокинула на кровать, на которой мы сидели.
Не могу избавиться от дурацкой привычки сидеть, поджав ноги, то-есть на своих же пятках.
Удобно, но смотрится уж очень по-детски…
Раскинуть руки в стороны, даже не порываясь обнять ее, чтобы не быть похожим на всех остальных, поступивших бы именно так.
- Прям таки «классный»? – скромно уточнил я, глядя в ее глаза, кажущиеся растаявшей карамельной патокой. Люблю сладкое все же…
- Очень! Брук?
- Что? – никогда не думал, что можно и впрямь увидеть, как постепенно человек краснеет.
- Можно я тебя поцелую? – я завис. Придурок. Кретин. Надо было давно первому ее поцеловать… Так ведь нет же, я думал, что рано…
- Ну, попробуй… - улыбнулся я и понял, что жизнь удалась, когда теплые, мягкие губы коснулись моих, закрыл глаза и наконец крепко прижал ее к себе.
Такая хрупкая и стройная, мягкая и нежная…
Открыв глаза всего на секунду, я увидел стоящего в дверном проеме Реджа. Собственной персоной.
Меня охватил ужас…
Он меня убьет… Хотя!
Закрыть глаза и, игнорируя этого… ЭТОГО, продолжить просто наслаждаться поцелуем в частности и ситуацией в целом.
- Ай, ай… Я надеюсь, ты хорошо целуешься, Вайт. – его рожа вызывала одно желание – биться головой об стенку, чтобы не видеть эту наглую физию… Джил отпрыгнула в мгновение и, усевшись на подушку, прищурилась злобно:
- Чего тебе надо? – Редж только перекрестил лодыжки, приваливаясь к косяку поудобнее, и невозмутимо ответил:
- Да так. Смотрю, как ты весело проводишь время с нашим эмо.
Я не успел открыть рот, чтобы выдать что-то, уж точно не напоминающее романтические речи, но Джил меня опередила:
- Он не эмо. И уж тем более, не ваш! – они смотрели друг на друга, она явно злая, он явно тоже, но внешне вполне равнодушный.
- А чей? Твой?
- Мой! – вызов. Явный вызов, я даже ничего говорить не стану. Ее так ее, я не против…
- Только ради Бога, не надо тут стонать, орать и все такое, ладно? – Редж сделал усталое лицо, как будто это повторялось изо дня в день. Джил затрясло, у меня сжались кулаки.
- Ты так надеешься, что я хорошо целуюсь, Редж… тебе-то это зачем?
Сомнения в его ориентации приводили Реджи в полную истерику. Всегда. Теперь же, как ни странно, он не сломал о мою голову стул, а мило ответил:
- Затем, чтобы ты научил мою наивную сестрицу, которой не хватает мозгов понять, что ты ее недостоин. Понятно или словарь принести?
- Тогда мне точно хватит опыта, Майер, уж что-что, а целуюсь я получше, чем НЕКОТОРЫЕ.
- Гонишь? – усмехнулся он, я усмехнулся в ответ. Не надерет, ни за что…
- Ну ладно, мальчики и девочки, занимайтесь. Учитесь… геометрии. Чему вы там еще учитесь?.. – я перебил его, уже перестав бороться с давним желанием врезать по этой роже:
- Джил, я пойду… Принесу тебе чего-нибудь выпить! – соображалка еще работает и это радует. Джил удивленно приподняла брови.
- Да-да! Тебе же жарко! – сказал я утвердительно, она кивнула, и я вылетел из комнаты, попутно сильно задев плечо Реджи своим. Так, что его дернуло и развернуло.
- Ну, нарвался… - зашипел он, и я получил первую же оплеуху, которая развернула меня на сто восемьдесят и едва не сбросила с лестницы на первый этаж, но я успел схватиться за перила и толкнуть его коленом, так что…
- Сука! – взвыл он, и его кулак на секунду показался мне раскаленным прутом, протыкающим мой живот насквозь, воздух с хрипом вырвался из легких, и я тихо сполз по стенке на пол.
- Ну? Свалишь по-хорошему? – ухмыльнулся он, но ухмылка как-то быстро исчезла, когда я схватил его за ногу и дернул на себя. Вот только я не рассчитал, что стоял он прямо перед лестницей, и в ужасе взвизгнул как девчонка:
- Редж! –попытался схватить его за руку, которой он взмахнул, падая. Это было одной из многочисленных ошибок этого вечера – этот ублюдок схватил меня за протянутую руку и… потянул за собой вниз.
…С лестницы мы летели кубарем, в обнимку, толкаясь локтями, коленями и всеми костями одновременно… Ругаясь матом и крича как резаные, уверенные в том, что сейчас свернем шеи.
У подножия мы распались обратно на два составляющих и, раскинув руки и ноги, попытались отдышаться.
До тех пор пока я не ляпнул:
- Ну ты урод… - после чего меня мгновенно оседлали и наградили фонарем под глаз.
- РЕДЖ?!!!! БРУУУУУУК!!!!!!!!!!!!КАКОГО…….??!!!!!!!!! – заорала вылетевшая на шум, но все же запоздавшая Джил, стоя на лестнице и изображая букву «Ф».
- Все…нормально! – выкрикнул я в два захода в перерывах между ударами по лицу, а потом, наконец, со вкусом врезал ему по челюсти так, что его с меня сбросило на пол.
- А ну, перестаньте!!! БЫСТРО!!
- Сейчас, Джилли, я просто… ВРЕЖУ ЕМУ…
- МОЙ НОС!!!! ААА!!!МОЙ НОС!!!!!!! – орал Редж из носа которого и правда хлестала кровь, я его не сломал но видимо разбил.
- Ну, прости…
- Придурок!! – взвыл он и отвесил такой подзатыльник, что у меня глаза сошлись у переносицы.
- Брук, у тебя весь свитер... – начала было Джил, но Редж, по-прежнему держась за нос, повалился на ковер с невменяемым хохотом:
- Минус один огромный белый сви-и-и-итер! – радостно катался он по полу, а я тоскливо рассматривал заляпанный кровью, капнувшей с разбитой губы, свитер. Он не огромный. Я просто такие люблю. И штаны у меня не из латекса!! Они просто кожаные… А кожаные штаны всегда узкие…
Я поднялся на ноги и, пнув, походя этого идиота, направился вместе с Джил в ванную. Она что-то бормотала на тему «Да забей, он не может не набить кому-нибудь рожу, а если эта рожа еще и тебе принадлежит…»
Да уж, конечно, как он мог упустить такую возможность!
Романтика вечера испарилась сама собой.
И только уходя уже ночью по темноте, я решил заглянуть в гараж, где обычно репетировали «Bitter Treacle» тем более, что дом стоял на краю леса, и можно было спрятаться за деревом.
- … U think U know
When everyone need
U always take time
To criticize me
It seems like every day
I make mistakes
I just can’t get it right… - его голос, с издевательскими нотками напевающий эту кретинскую песню, оборвался так же резко, как и звуки гитары, на которой он себе подыгрывал, сидя прямо на полу.
- Выходи, Вайт, я вижу тебя! – крикнул он, и я вышел из-за дерева. Чтобы увидеть средний палец и ухмылку.
- Пошел ты… - устало отозвался я, и не факт, что он вообще расслышал мои слова. Но уж высунутый язык то увидел точно!.. Нос у него завтра будет сильно болеть… Так ему и надо!
На следующий день было не намного лучше. Когда я подошел к школе, на парковке оказался какой-то неизвестный новый «Вольво» черного цвета, а…
- Джил! – крикнул я и помахал ей, когда она выглянула из-за чьего-то плеча, на котором красовалась татуировка. Какая-то, но какая точно, не знаю. Не рассматривал.
Черная, блестящая, безрукавая куртка поражала стильностью, мех на воротнике был просто широченным и явно натуральным, общение с Джил научило обращать внимание на такие мелочи.
- О! А вот и мой парень! – нарочито громко и выразительно заявила Джил и зачем-то так не похоже на себя повисла у меня на шее, на мой шокированный взгляд мне ответила, да и то как-то странно, лишь одна из двух подруг Джил – Ребекка. Рыжеволосая, кудрявая и очень объемная мечта половины школы, начиная со средней и, заканчивая старшей, заморгала часто-часто и, сделав адские глаза, покосилась на стоящего рядом. Кого-то. Он как раз поворачивался к нам с Джил и не заметил кривляний Бекки. Вроде не заметил.
Рыжий, а может блондинистый парень с такой нагловатой рожей, которая сильно напоминала Реджи в лучшие его времена, в розовых огромных очках, надул огромный пузырь из розовой же жвачки и хмыкнул, подойдя ближе к нам.
- Парень не стена, можно пододвинуть…
Джил обнимала меня так сильно, что хотелось ляпнуть «сейчас задушишь!» но я держался. Очередной урод, который хочет испортить мне жизнь и явно жаждет увести Джил. Ага, как же…
Ребекка раскачивалась с носков на пятки и посвистывала, корча такие гримасы, что мне стало страшно.
- Вайт, мать твою нежно! – крикнули откуда-то сзади, и мне так полегчало, что я даже удивился.
- Чего тебе Майер?.. – устало поинтересовался я, на самом деле благодаря всех, кого можно за то, что он появился.
- Тебя мне, Вайт. А это еще… - начал было он, как вдруг Джил оттащила нас обоих в сторону и зашипела:
- Это ваш новый одноклассник и он отчего-то очень сильно хочет со мной поближе познакомиться.
- Ну ты и тряпка, Вайт… - протянул Редж и, оттолкнув меня, пошел к парню. Тот спокойно стоял и жевал жвачку, нагловато глядя на нас. Эта поза всегда меня бесила – стоит, перенеся весь вес на правую ногу и уперев руку в правый же бок.
Стильная прическа – волосы каскадом спадали почти до плеч, очки эти…
Мажор.
Но сейчас даже не знаю, чему конкретно радоваться и радоваться ли вообще?
Если этот весь такой уверенный в себе набьет морду, и так набитую мной, Реджи… То конечно радоваться. С другой стороны – если Реджи набьет ему морду – тоже радоваться, он точно больше к Джил не полезет. Еще с одной стороны – плакать – я тряпка. Я не могу отшить какого-то ублюдка, который пристает к моей девушке…
Все же наличие такого невменяемого придурка с полным отсутствием инстинкта самосохранения, как такового, успокаивает. А дальше посмотрим, что будет…
- Тебе девок мало, или хронический недотрах? – с ходу наехал Редж на парня, наступая на него и сокращая расстояние между ними все сильнее. Такой прием обычно действовал на меня безотказно – нехотя отступал назад, чтобы не тонуть в агрессии.
Парень стоял в той же позе, на его лице красовалась наглющая, перекошенная на левую сторону ухмылка. Стоял, как скала, снисходительно глядя на Реджи.
Мы с Джил и Ребеккой стояли просто как в кино – кто кого?
Парень, даже учитывая его поползновения в сторону Джил, радовал, как никто другой – отшить Реджи? Надо уметь…
- У кого что болит, тот о том и говорит… - задумчиво протянул он, и Редж даже не врезал ему.
Он просто опешил от такой наглости.
Я кстати тоже. От восхищения.
Джил вздохнула, Ребекка ВЗДОХНУЛА…
Вздыхают люди по-разному. Джил с отвращением, Ребекка с явным желанием.
Парень прошел мимо Реджи, задев его плечом, и пошел к школе.
- У меня скоро синяк будет из-за всех придурков, которые хотят мою сестру. Не пора ли наплевать на братские чувства, а? – ядовито прошипел Редж, обращаясь к Джил и, не дождавшись ответа, тоже отвалил.
- Кто это хотя бы?.. – тихо уточнил я. Ребекка встрепенулась:
- Ну наконец, нормальный вопрос! Видишь тачку? «Вольво» черный? Это его. Ваш новый одноклассник, удачи тебе с ним, а уж Реджи, кажется, сам справится…
- Уверена? – хмыкнула Джил, особо брата не защищая.
- На все двести. Огонь на огонь – огонь! – хихикнула Бекки.
- А я кто? Облачко? На меня, то есть можно наезжать и тому, и другому? Ну порадовала… - обиженно протянул я, Джил улыбнулась и, встав на носочки, поцеловала меня легко и почти неощутимо:
- Да ты все равно лучший! – заявила она, и я растаял. Ребекка вздохнула типа «Молодежь…» хотя была одноклассницей Джил.
- Я пойду. Напомню Реджи, что его, кажется… Только что надрали. – Хихикнул я и со сладкой улыбкой на лице пошел к школе.
- Обожаю, когда он так улыбается… - услышал я голос Бекки.
- Ненавижу, когда он так улыбается. – Сообщила Джил, - Когда он так улыбается – они дерутся…
* * *